Ава не верила, что сможет снова ступить на эту землю. Место, где её муж исчез в ходе секретных испытаний, стало для неё запретной зоной, источником немой боли. Но безответные вопросы грызли изнутри, и единственным способом найти хоть какой-то покой стала работа в поисковом отряде. Добровольцы прочёсывали лесистую местность, поднимая и опознавая останки тех, кого война и странные эксперименты превратили в статистику.
Первые дни были адом. Каждый найденный фрагмент, каждый клочок формы заставлял сердце сжиматься в страшном ожидании. Ава работала автоматически, движимая лишь смутной надеждой и отчаянием. Пока не случилось нечто, перевернувшее все её представления.
Это был обычный, казалось бы, вызов. Группа обнаружила несколько тел в полуразрушенном бункере. Они лежали в неестественных позах, без видимых ран, кожа странного пепельного оттенка. Когда Ава с напарником осторожно переносили одного из мужчин на носилки, её рука непроизвольно дрогнула. Под тонкой перчаткой она ощутила едва уловимое, но неоспоримое тепло. Не тепло солнца, а глубинное, идущее изнутри.
Она отпрянула, решив, что это игра воображения, наваждение от усталости. Но через мгновение увидела то же самое у других. Грудь одного из «погибших» едва заметно приподнялась, будто сделав тихий, прерывистый вдох. Веки другого дрогнули, под ними мелькнул белесый белок глаза. Это не было воскрешением в привычном смысле. Не было ни стонов, ни осознанного взгляда. Просто плоть, признанная мёртвой, проявляла признаки вялой, пугающей биологической активности.
Ужас, смешанный с безумной надеждой, накатил на неё волной. Что, если её муж тоже... что, если он не мёртв, а находится в этом жутком, подвешенном состоянии? Эта мысль стала навязчивой идеей. Она начала скрывать свои наблюдения от команды, боясь, что находки изолируют для изучения в тех же секретных лабораториях, откуда не возвращаются. Каждую ночь она возвращалась к записям мужа, к его смутным намёкам на работу с «пороговыми состояниями», на эксперименты по замедлению жизненных процессов до почти неуловимого уровня.
Однажды она обнаружила в кармане у одного из таких «оживающих» тел потёртый жетон, не значившийся ни в каких списках. На обороте была выцарапана та же эмблема, что и на чертежах её мужа. Это уже не было совпадением. Ава поняла, что её поиски только начинаются. Она стоит на пороге чего-то чудовищного и необъяснимого, где граница между жизнью и смертью стёрта, а тихие признаки пульсации в мёртвой плоти могут быть как ключом к спасению, так и дверью в ещё больший кошмар. И она должна пройти этой дорогой до конца, потому что в этом лесу теней и полу-трупов может таиться ответ на вопрос, где её муж, и что с ним сделала безжалостная машина войны.
