В небольшом городке, затерявшемся где-то в российской глубинке, пересеклись судьбы двух таких разных людей. Катя Орлова и Алексей Данилин познакомились почти случайно. Их свадьба была тихой и скромной, без лишней помпы, словно они спешили закрепить эту внезапную связь, пока она не испарилась.
Он — Леха — местный парень, коренной житель этих мест. Его жизнь текла по хорошо знакомым улицам, работа была обычной, планы — простыми и понятными. Мир за пределами городской черты казался далеким и немного чужим.
Она — Катя — приехала сюда будто из другой реальности. Выросшая в Лондоне, в мире частных школ и безупречных манер, она оказалась здесь после страшной трагедии. Автомобильная авария отняла у нее родителей, оставив одну в чужой, как ей тогда казалось, стране. Ее отец был успешным бизнесменом, чье состояние исчислялось миллиардами, но это богатство теперь означало лишь болезненное одиночество.
Их брак с первых дней стал полем битвы. Не ссор и скандалов, а тихого, ежедневного противостояния мировоззрений. Для Лехи важна была надежность, простота, ясные правила жизни, которые он знал с детства. Катя, с ее изысканным воспитанием и европейским опытом, искала глубину, тонкость в отношениях, часто наталкиваясь на стену непонимания.
Он не мог осознать ее тоски по блестящим лондонским салонам, а она с трудом принимала его спокойное удовлетворение тем, что есть. Их разговоры иногда напоминали диалог глухих: слова вроде бы одни, а смыслы каждый вкладывал свои. Она говорила о чувствах и потерях, он — о практических шагах и завтрашнем дне.
Но в этой борьбе рождалось что-то новое. Леха начал замечать, как Катя смотрит на привычный ему дождь над мостовой — не как на досадную помеху, а как на явление, имеющее свою мрачную красоту. Катя же постепенно училась ценить ту самую простоту и искренность, которых так не хватало в ее прежней, рафинированной жизни. Их любовь, если это была она, не походила на сладкую сказку. Скорее, это было трудное, порой мучительное строительство общего мира из обломков двух таких непохожих вселенных. Каждый день требовал компромисса, каждый шаг — взаимных уступок. И в этом напряженном танце двух противоположностей медленно, с трудом, но зарождалась общая история.
