В Токио живёт американец, актёр, который пока не нашёл своего места. Роли не идут, кастинги проходят мимо. Он уже думает о возвращении домой, когда судьба преподносит неожиданный шанс. Небольшое японское агентство, которое сдаёт квартиры семьям, ищет сотрудника с необычными навыками. Нужен человек, способный на время стать кем-то другим.
Его нанимают. Обязанности странные: он не просто агент по аренде. Иногда клиентам требуется больше, чем ключи от жилья. Одинокому отцу, приехавшему с ребёнком, нужен «друг семьи» на ужин. Пожилой женщине, тоскующей по сыну, — чтобы кто-то выслушал её за чаем. Молодой паре, ссорящейся на пороге, — нейтральный свидетель, который смягчит конфликт. Он входит в их жизни как актёр, играя роли дублёров: временного родственника, старого приятеля, случайного соседа.
Сначала это просто работа. Он учит реплики, вживается в образ, как в театре. Но границы быстро стираются. Эти люди настоящие. Их истории — не сценарий. Страх отца не справиться, тихая грусть старушки, любовь и гнев пары — всё это реально. Его игра перестаёт быть игрой. Чтобы утешить, он должен искренне сопереживать. Чтобы поддержать, нужно по-настоящему понять.
Постепенно формальные встречи превращаются в подлинные связи. Он больше не просто «арендует» своё присутствие. Он делится частью себя. Для клиентов он становится тем самым недостающим человеком, который помогает их жизни в новом доме сложиться. А для него самого эти мимолётные роли открывают нечто важное. В попытках понять чужие судьбы он наконец начинает понимать себя. Токио перестаёт быть чужым городом. Через эти краткие, но глубокие встречи он по крупицам собирает своё призвание — быть связующим звеном между людьми, помогать там, где не хватает всего одного слова, одного жеста, одного присутствия.
Грань между исполнением роли и жизнью растворяется. Что есть подлинность? Искренние ли это чувства, если изначально это был договор? Он обнаруживает, что настоящая близость может родиться из условности. А его собственная жизнь, поиск себя, обретает смысл именно в этих моментах искреннего контакта с другими. Он находит дом не в конкретном месте, а в пространстве человеческих отношений, которые ему довелось ненадолго, но так существенно, разделить.
